ОПРОВЕРЖЕНИЕ

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ
г. Челябинск 13 февраля 2024 года Дело № А76-35656/2020
Резолютивная часть решения изготовлена 01 февраля 2024 года
Решение изготовлено в полном объеме 13 февраля 2024 года

Судья Арбитражного суда Челябинской области Мухлынина Л.Д. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Меньшениной Е.Е., секретарем судебного заседания Смирновой В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «НИИ Педиатрии и Неврологии «Дети Индиго», ОГРН 1137452005888, г. Челябинск, к обществу с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки», ОГРН 11774556020829, г. Магнитогорск, с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области об обязании прекратить использование товарного знака; о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 5 000 000 руб., при участии в судебном заседании: истца: Бачурина Н.С. – представитель по доверенности от 09.10.2023, личность удостоверена служебным удостоверением,
УСТАНОВИЛ: общество с ограниченной ответственностью «НИИ Педиатрии и Неврологии «Дети Индиго» (далее – общество «НИИ ПН «Дети Индиго») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки» (далее – общество «Индиго Магнитки») со следующими требованиями: – обязать общество «Индиго Магнитки» прекратить использование знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133, исключительное право на который принадлежит обществу «НИИ ПН «Дети Индиго», при размещении предложений об оказании медицинских услуг в Интернете, в том числе на интернетсайтах; при использовании в написании статей в печатных и Интернет-изданиях об оказании медицинских услуг, при заключении договоров об оказании медицинских услуг; при размещении логотипа в части оказания медицинских услуг; на вывесках, объявлениях, рекламе, бланках, счетах, путем исключения слова «Индиго»; – взыскать с общества «Индиго Магнитки» компенсацию за нарушение исключительного права на знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133 в размере 100 000 рублей; – обязать общество «Индиго Магнитки» прекратить использование в фирменном наименовании знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133 при размещении предложений об оказании медицинских услуг в Интернете, в том числе на интернет-сайтах; при использовании в написании статей в печатных и Интернет-изданиях об оказании медицинских услуг, при заключении договоров об оказании медицинских услуг; при размещении логотипа в части оказания медицинских услуг; на вывесках, объявлениях, рекламе, бланках, счетах, путем исключения слова «Индиго» (с учетом уточнения предмета исковых требований на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено управление Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (далее – УФАС по Челябинской области). Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.07.2021 исковые требования общества «НИИ ПН «Дети Индиго» удовлетворены частично: с общества «Индиго Магнитки» в пользу общества «НИИ ПН «Дети Индиго» взыскано 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на знак обслуживания по свидетельству № 573133, а также 400 рублей расходов по уплате государственной пошлины. Кроме того, с общества «НИИ ПН «Дети Индиго» в пользу общества «Индиго Магнитки» было взыскано 50 000 рублей расходов по оплате стоимости судебной экспертизы. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 решение Арбитражного суда Челябинской области 24.09.2021 оставлено без изменения, апелляционные жалобы общества «НИИ ПН «Дети Индиго» и общества «Индиго Магнитки» – без удовлетворения. Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 21 февраля 2022 года решение Арбитражного суда Челябинской области от 24.07.2021 по делу № А76- 35656/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 по тому же делу отменены. Дело № А76-35656/2020 направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области. Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций суд кассационной инстанции указал на то, что он не может признать выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии сходства знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133 с используемыми ответчиком в фирменном наименовании, на сайте, на документации обозначениями основанным на правильном применении норм материального и процессуального права, полном и всестороннем исследовании всех имеющих значение обстоятельств. Придя к вышеуказанному выводу Суд по интеллектуальным правам указал на то, что при оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20 июля 2015 года № 482 (далее – Правила), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в Постановлении № 102. При этом суд кассационной инстанции обратил внимание на то, что исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 года № 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Аналогичная правовая позиция содержится и в пункте 162 Постановления № 10. Вместе с тем суд первой инстанции назначил судебную экспертизу по вопросу определения сходства обозначений и положил его в основу принятого судебного акта. При этом самостоятельный анализ о наличии или об отсутствии сходства сравниваемых обозначений со стороны рядового российского потребителя решение Арбитражного суда Челябинской области от 24 июля 2021 года по делу № А76-35656/2020 не содержит. Суд кассационной инстанции указал, что принимая во внимание общеправовое требование определенности, ясности и недвусмысленности судебных актов, которое вытекает из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25.04.1995 № 3-П), необходимость определения объектов сравнения и соблюдения методологии сравнения обозначений является условием правильного применения норм материального права и принятия законных судебных актов. В этой связи Суд по интеллектуальным правам не смог признать выводы суда первой инстанции об отсутствии сходства между сравниваемыми обозначениями, основанными на правильном применении норм материального и процессуального права, полном и всестороннем исследовании всех имеющих значение обстоятельств. Кроме того, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что в настоящем деле судами не были установлены все юридические значимые обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему делу, а также не дана надлежащая оценка представленным доказательствам. При этом Суд по интеллектуальным правам также посчитал заслуживающим внимания довод ответчика о том, что суды первой и апелляционной инстанции ошибочно установили, что в предупреждении УФАС по Челябинской области от 22 сентября 2020 года № 26-04/2020 установлен факт незаконного использования знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133. В этой связи суд кассационной инстанции указал на то, что при новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное в настоящем постановлении, устранить допущенные нарушения норм материального и процессуального права и по результатам оценки доводов сторон, установления значимых обстоятельств и исследования имеющихся в материалах дела доказательств принять законный и обоснованный судебный акт, а также распределить судебные расходы. Заявлением от 15 марта 2023 года истец уточнил исковые требования, просит: – обязать общество «Индиго Магнитки» прекратить использование знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133 «Дети Индиго», исключительные права на который принадлежат обществу «НИИ ПН «Дети Индиго» в фирменном наименовании ООО «Индиго Магнитки», при размещении предложений об оказании медицинских услуг в Интернете, в том числе на интернет-сайтах; при использовании в написании статей в печатных и Интернет-изданиях об оказании медицинских услуг, при заключении договоров об оказании медицинских услуг; при размещении логотипа в части оказания медицинских услуг; на вывесках, объявлениях, рекламе, бланках, счетах, путем исключения слова «Индиго», связанных с введением в гражданский оборот товаров, работ, услуг 44-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков; – обязать общество «Индиго Магнитки» удалить (демонтировать) обозначения, сходные до степени смешения со словестным и графическим обозначением товарного знака по свидетельству № 573133 на конструктивных элементах фасадного оформления (включая рекламные конструкции) и вывесках в местах оказания медицинских услуг по адресу деятельности: г. Магнитогорск, ул. Советская, 195А; - обязать общество «Индиго Магнитки» не позднее 30 дней с даты вступления в законную силу опубликовать принятое по делу решение в полном объеме на гласной странице сайта http://индигомагнитки.com/ в сети Интернет с указанием действительного правообладателя шрифтом Times New Roman, размер шрифта не менее 12 пунктов под заголовком «Опровержение» с обеспечением свободного и непрерывного доступа к его тексту в течении одного года со дня вступления решения в законную силу; – взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки» компенсацию за нарушение исключительного права на знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133 «Дети Индиго» в размере 646 560 рублей за период с 20.08.2020 по 15.02.2023; - в случае неисполнения судебного акта в части удовлетворения неимущественных требований в течение 10 дней взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки» судебную неустойку в сумме 20 000 руб. за каждый календарный день неисполнения судебного акта; - взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки» судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 20 000 руб., экспертизы – 24 000 руб., экспертизы от 15.02.2023 – 48 000 руб., нотариального удостоверения доказательств – 25 500 руб., заключения договора об оказании медицинских услуг – 1 000 руб. (том 10 л.д. 56-57). Судом приняты уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ. В ходе рассмотрения дела истец уточнил суммы судебных расходов, в частности истцом заявлено: 26 000 руб. расходов на оплату государственной пошлины, 114 000 руб. – расходов на оплату экспертных заключений, 30 300 руб. – расходов на оплату услуг нотариуса, также заявлено о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 560 000 руб. (том 11 л.д. 89-90). Суд в порядке ст. 49 АПК РФ принял уточнение исковых требований, в том числе в части размера компенсации. Истец в ходе судебного заседания 01 февраля 2024 года заявил отказ от требования о взыскании расходов на заключение договора об оказании медицинских услуг в размере 1 000 руб. Изучив заявленный отказ, суд считает его подлежащим удовлетворению в силу следующего: На основании части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично. Суд не принимает отказ от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц (часть 5 статьи 49 АПК РФ). Согласно пункту 4 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом. В соответствии со статьей 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление доказательств, участие в их исследовании, выступление в судебных прениях, представление арбитражному суду своих доводов и объяснений, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Поскольку частичный отказ истца от исковых требований не противоречит закону, не нарушает права и законные интересы других лиц, такой отказ подлежит принятию арбитражным судом в соответствии с частью 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а производство по делу в указанной части прекращению на основании пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ответчик в письменных пояснениях указал, что, по его мнению, используемое ответчиком обозначение и противопоставленный знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации №573133 не являются сходными на основании пункта 41 Правил, поскольку не ассоциируются друг с другом в целом. В отношении однородности услуг 44 класса МКТУ, в отношении которых зарегистрирован противопоставленный товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 573133, и услуг, которые оказывает Ответчик под спорным обозначением, необходимо отметил, что данные услуги являются однородными, поскольку представляют собой медицинские услуги. Вместе с тем, данные услуги не являются услугами широкого потребления, в связи с чем, при выборе таких услуг потребители Российской Федерации более осмотрительны (осуществляют дополнительные действия по поиску информации о качестве предоставляемых услугах). В этой связи, с учетом правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июля 2006 года № 3691/06, угроза смешения сравниваемых обозначений в гражданском обороте отсутствует. Принимая во внимание низкую степень сходства/отсутствие сходства сравниваемых обозначений, а также специфику медицинских услуг, считает, что сравниваемые средства индивидуализации не являются сходными до степени смешения, в связи с чем требования истца удовлетворению не подлежат (том 10 л.д. 42-52). Исследовав и оценив представленные по делу доказательства в соответствии со ст.ст. 71, 162 АПК РФ, заслушав пояснения сторон, арбитражный суд пришел к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части в силу следующего. Как следует из материалов дела, общество «НИИ ПН «Дети Индиго» является правообладателем знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133, зарегистрированного 04.05.2016 по заявке № 2014734492 с приоритетом от 13.10.2014 в отношении услуг 44-го класса «больницы; лечение гомеопатическими эссенциями, услуги в области аромотерапии; услуги по исправлению дефектов речи, логопедия; мануальная терапия [хиропрактика]; массаж; помощь зубоврачебная, стоматология; помощь медицинская; прокат медицинского оборудования; прокат санитарно-технического оборудования; советы по вопросам здоровья; услуги медицинских клиник; услуги нетрадиционной медицины; услуги неврологов; услуги педиатров; услуги психологов; услуги телемедицины; услуги терапевтические; уход за больными; физиотерапия; центры здоровья, диспансеры» МКТУ. Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) общество «Индиго Магнитки» зарегистрировано в качестве юридического лица 21.06.2019 с фирменным наименованием общество с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки». В качестве основного вида деятельности в выписке из ЕГРЮЛ указана деятельность больничных организаций (86.10 ОКВЭД). Кроме того, ответчиком на принадлежащем ему сайте на документации и на вывеске используется комбинированное обозначение, включающее словесные элементы «ИНДИГО МАГНИТКИ. Медицинский центр для взрослых и детей», расположенные друг над другом, а также графические изображения мужчины и женщины, держащих за руку ребенка, на фоне дерева и медицинского креста. Полагая, что общество «Индиго Магнитки» при осуществлении однородных видов деятельности неправомерно использует сходные со знаком обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133 обозначения, а также указывая на то, что подобные действия нарушают исключительное право на названный знак обслуживания, общество «НИИ ПН «Дети Индиго» 04.03.2020 направило в адрес общества «Индиго Магнитки» досудебную претензию. Поскольку общество «Индиго Магнитки» ответ на направленную в его адрес претензию не представило, нарушение добровольно не устранило, общество «НИИ ПН «Дети Индиго» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с настоящим исковым заявлением. В силу подпункта 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарные знаки являются средствами индивидуализации товаров, которым предоставляется правовая охрана.
Согласно пункту 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481). В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации). Государственная регистрация товарного знака согласно статье 1480 ГК РФ осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (Государственный реестр товарных знаков) в порядке, установленном статьями 1503 и 1505 настоящего Кодекса. Согласно статье 1481 ГК РФ на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве. В силу п.1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Угроза смешения зависит от сходства противопоставляемых товарного знака и спорного словесного обозначения и оценки однородности обозначенных ими товаров и услуг. По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ, нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения. При этом истец не обязан представлять в суд доказательства, свидетельствующие о факте введения потребителей в заблуждение. Для признания нарушения достаточно представить доказательства, свидетельствующие о вероятности смешения двух конкурирующих обозначений (правовая позиция, выраженная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.07.2011 г. №2133). Кроме того, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 №122). В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. В силу пункта 42 названных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам. 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.
Пунктом 43 Правил № 482 предусмотрено, что изобразительные и объемные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с изобразительными, объемными, в том числе представленными в виде трехмерных моделей в электронной форме, и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. В соответствии с пунктом 44 Правил № 482 комбинированные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 этих Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении. Согласно пункту 45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки. Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю). В пункте 162 Постановления № 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга. Товарный знак по свидетельству № 573133 является комбинированным, состоит из словесных элементов «ДЕТИ ИНДИГО», «Центр Неврологии и Педиатрии», выполненных заглавными буквами русского алфавита в две строки, и изобразительного элемента. Словесные элементы «Центр Неврологии и Педиатрии» являются неохраняемыми. Правовая охрана данному товарному знаку предоставлена в отношении услуг 44-го класса МКТУ. При этом основными индивидуализирующими элементами противопоставленного обозначения являются элементы «Дети Индиго», которые выполнены крупным шрифтом в центре обозначения и акцентируют на себя внимание потребителя, в связи с чем, именно по ним происходит запоминание знака в целом. Сравниваемые обозначения содержат фонетически и семантически тождественный словесный элемент «Индиго». Ответчик в письменных пояснениях указал, что, по его мнению, используемое им обозначение и противопоставленный знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации №573133 не являются сходными на основании пункта 41 Правил, поскольку не ассоциируются друг с другом в целом. Между тем, вопрос о сходстве обозначений «Дети Индиго» и «Индиго Магнитки» был предметом рассмотрения в деле №СИП-300/2023. В решении от 20 июля 2023 года по делу №СИП-300/2023 Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу, что сравниваемые обозначения обладают высокой степенью сходства за счет полного вхождения обозначения «Индиго»; единством заложенных идей в отношении семантического критерия (исходя из вышеприведенного анализа смыслового содержания), при этом некоторые отличия по фонетическому и графическому критериям являются незначительными. В целом данные обозначения производят общее зрительное впечатление и ассоциируются друг с другом в целом несмотря на отдельные отличия. Высокая степень однородности сравниваемых услуг в совокупности с установленным сходством сравниваемых обозначений свидетельствуют о вероятности смешения данных обозначений потребителями в гражданском обороте. Оснований для переоценки выводов Суда по интеллектуальным правам у суда не имеется.
Исходя из изложенного, суд пришел к выводу о том, что использование ответчиком обозначения «Индиго Магнитки», сходного до степени смешения с товарным знаком истца №573133, в фирменном наименовании ООО «Индиго Магнитки», при размещении предложений об оказании медицинских услуг в Интернете, в том числе на интернетсайтах; при использовании в написании статей в печатных и Интернет-изданиях об оказании медицинских услуг, при заключении договоров об оказании медицинских услуг; при размещении логотипа в части оказания медицинских услуг; на вывесках, объявлениях, рекламе, бланках, счетах, путем исключения слова «Индиго», связанных с введением в гражданский оборот товаров, работ, услуг 44-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, нарушает исключительные права истца на товарный знак №573133. Согласно пункту 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия. Истец заявил требование о прекращении использования знака обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 573133 «Дети Индиго», исключительные права на который принадлежат обществу «НИИ ПН «Дети Индиго» в фирменном наименовании ООО «Индиго Магнитки», при размещении предложений об оказании медицинских услуг в Интернете, в том числе на интернет-сайтах; при использовании в написании статей в печатных и Интернет-изданиях об оказании медицинских услуг, при заключении договоров об оказании медицинских услуг; при размещении логотипа в части оказания медицинских услуг; на вывесках, объявлениях, рекламе, бланках, счетах, путем исключения слова «Индиго», связанных с введением в гражданский оборот товаров, работ, услуг 44-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков. Учитывая подтверждение материалами дела факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак, суд, руководствуясь указанной нормой, считает исковые требования в части запрета обществу с ограниченной ответственностью «Дети Индиго» использовать товарный знак по свидетельству №573133 «Дети Индиго», исключительные права на который принадлежат обществу «НИИ ПН «Дети Индиго» в фирменном наименовании ООО «Индиго Магнитки», при размещении предложений об оказании медицинских услуг в Интернете, в том числе на интернет-сайтах; при использовании в написании статей в печатных и Интернет-изданиях об оказании медицинских услуг, при заключении договоров об оказании медицинских услуг; при размещении логотипа в части оказания медицинских услуг; на вывесках, объявлениях, рекламе, бланках, счетах, путем исключения слова «Индиго», связанных с введением в гражданский оборот товаров, работ, услуг 44-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков. Согласно пункту 3 статьи 1515 ГК РФ лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок. Доказательства демонтажа ответчиком спорной вывески в добровольном порядке в материалы дела не представлено, напротив, истцом в материалы дела представлены фото, а также видеоматериал, свидетельствующие о том, что на дату 29.01.2024 спорная вывеска используется ответчиком, в связи с чем, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению заявленное истцом требование об обязании общества с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки» удалить (демонтировать) обозначения, сходные до степени смешения со словестным и графическим обозначением товарного знака по свидетельству № 573133 на конструктивных элементах фасадного оформления (включая рекламные конструкции) и вывесках в местах оказания медицинских услуг по адресу деятельности: г. Магнитогорск, ул. Советская, 195А. Также истцом заявлено требование об обязании ответчика не позднее 30 дней с даты вступления в законную силу опубликовать принятое по делу решение в полном объеме на гласной странице сайта http://индигомагнитки.com/ в сети Интернет с указанием действительного правообладателя шрифтом Times New Roman, размер шрифта не менее 12 пунктов под заголовком «Опровержение» с обеспечением свободного и непрерывного доступа к его тексту в течении одного года со дня вступления решения в законную силу. В пункте 58 постановления № 10 разъяснено, что заявляя требование о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя (подпункт 5 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации), истец должен указать, где требуется осуществить соответствующую публикацию, и обосновать причины своего выбора. Ответчик вправе представить свои возражения о месте публикации решения. Оценивая доводы истца и возражения ответчика по предложенному месту публикации, суд вправе определить место публикации решения исходя из того, что выбор такого места должен быть направлен на восстановление нарушенного права (например, в том же печатном издании, где была опубликована недостоверная информация о правообладателе; в официальном бюллетене федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности; в источнике, место распространения которого определяется местом производства и распространения контрафактных товаров или местом осуществления и характером деятельности истца). Ответчик возражений в отношении данного требования не заявил. Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает требование подлежащим удовлетворению. Кроме того, в силу подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель по своему выбору вправе требовать от нарушителя вместо возмещения убытков, в том числе, выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей. Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Из материалов дела усматривается, что в рассматриваемом случае первоначально истец просил взыскать с ответчика компенсацию на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской. Впоследствии истец уточнил исковые требования в сторону увеличения с учетом изменения способа расчета компенсации (в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой, исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака). Определением от 18 октября 2022 года судом по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза. Проведение экспертизы поручено Союзу «Южно-Уральская торгово-промышленная палата». На разрешение эксперту поставлен следующий вопрос - какова рыночная стоимость суммы компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №573133 за период с 20.08.2020 по настоящее время. Согласно выводам эксперта, рыночная стоимость суммы компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №573133 за период с 20.08.2020 по настоящее время, определяемая в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взымается за правомерное использование товарного знака (ст. 1515 ГК РФ) составляет 323280 х 2 = 646 560 руб. (том 10 л.д. 27). Экспертное заключение судом исследовано, выводы эксперта являются полными и обоснованными, соответственно, экспертное заключение обладает признаками относимости и допустимости доказательств (ст. 67, ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и принимается судом. Ходатайство о проведении повторной экспертизы в порядке п. 2 ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сторонами не было заявлено. После получения результатов судебной экспертизы и возобновления производства по делу истец уточнил исковые требования, просит взыскать с ответчика 646 560 руб. за период с 20.08.2020 по 15.02.2023. Норма подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, будучи избранной истцом в качестве способа защиты нарушенного права, не предполагает возможности изменения суммы компенсации по усмотрению суда произвольно. Размер компенсации, даже заявленный на основании положений подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, может быть снижен судом, однако такое снижение возможно только при соответствующем обосновании. При этом требование двукратности должно быть соблюдено, поскольку этот коэффициент на законодательном уровне признан соразмерным последствиям нарушения исключительных прав. Как следует из позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, компенсация по своей природе является штрафной санкцией за незаконное использование исключительных прав другого лица, в связи с чем может превышать размер нанесенного ущерба. Суд учитывает, что согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, в силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены, как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и возможности установить точную или, по крайней мере, приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе, если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности. Целью компенсации является возмещение потерпевшему действительных неблагоприятных последствий нарушения, а не наказание правонарушителя. Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П суды не лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной статьей 1301 ГК РФ величины. При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое. Документальных доказательств того, что заявленный истцом размер компенсации является чрезмерным, а также документальных доказательств наличия иных оснований для снижения предъявленного истцом к взысканию размера компенсации, ответчиком не представлено. В силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности. С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьями 1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков. Учитывая характер допущенного правонарушения, необходимость сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав истца, суд пришел к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации в размере 646 560 руб. является разумным и справедливым. Данный размер компенсации, среди прочего, обеспечивает как восстановление прав истца, так и применение мер ответственности к нарушителю. Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 560 000 руб. Согласно п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. В пункте 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» разъяснено, что лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность. В подтверждение обстоятельства несения судебных расходов на оплату услуг представителя истцом (доверитель) представлен в дело оформленный с адвокатом Дорофеевой Юлией Александровной (адвокат) соглашение об оказании юридической помощи от 17.06.2020 (том 9 л.д. 100-101), согласно которому доверитель поручает, а адвокат принимает поручение об оказании юридической помощи в объеме и на условиях, установленных соглашением в интересах доверителя. В соответствии с п. 2.1.1 адвокат обязался оказать следующие виды юридической помощи: консультирование, составление по делу всех необходимых претензий, ходатайств, жалоб, запросов, подготовка доказательств, искового заявления ООО «НИИ Педиатрии и Неврологии «Дети Индиго» к ООО «Индиго Магнитогорск» о защите исключительного права на фирменное наименование, об обязании прекратить использование в фирменном наименовании слова «Индиго» при осуществлении деятельности, запрещение использования изобретения по патенту №2646571 «Способ лечения задержки психоречевого развития и двигательных нарушений при нервнопсихических заболеваниях больных» с полным пакетом документов в суд 1 инстанции – Арбитражный суд Челябинской области, направление ответчику претензии, искового заявления с документами; подготовка и подача заявлений в УФАС Челябинской области, Роспотребнадзор Челябинска и Челябинской области о защите конкуренции; представление интересов доверителя в Арбитражном суде Челябинской области, Восемнадцатом арбитражном апелляционном суде; подготовка жалоб, заявлений в отношении деятельности ООО «Индиго Магнитогорск» в ИФНС о проведении налоговых проверок, Федеральную службу по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, прокуратуру и др. гос. органы до получения окончательных решений по делам. Плата за оказание юридической помощи определена в размере 40 000 руб. ежемесячно до 25 числа до окончательных решений по делам (п. 3.1 соглашения). Соглашением от 07.09.2021 договор об оказании юридических услуг, заключенный для представления интересов заказчика по гражданскому делу №А76-35656/2020 расторгнут. Согласно платежным поручениям №414 от 23.07.2020, №46 от 31.08.2020, №96 от 30.09.2020, №544 от 02.11.2020, №132 от 14.12.2020, №51 от 01.02.2021, №152 от 05.03.2021, №237 от 29.03.2021, №255 от 28.04.2021, №269 от 17.05.2021, №149 от 26.05.2021, №251 от 28.06.2021, №315 от 26.07.2021, №428 ОТ 30.08.2021 истцом произведена оплата денежных средств в размере 560 000 руб. за оказанные юридические услуги (том 9 л.д. 102-115). Достоверность и действительность названных письменных документов ответчиком в порядке ст.ст. 9, 41, 65, 161 АПК РФ не опровергнуты. Факт подготовки представителем истца процессуальных документов подтверждается материалами дела. Право на возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя возникает при условии фактического несения стороной затрат, получателем которых является лицо, оказывающее юридические услуги, при этом размер указанных затрат определяется соглашением между указанными лицами. В соответствии с положениями п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - постановление Пленума № 1) расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Согласно п. 13 указанного постановления Пленума разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Из п. 11 постановления Пленума № 1 следует, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Аналогичные положения содержатся в информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвоката и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах", от 13.08.2004 N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации". Доказательства, подтверждающие разумность расходов на оплату услуг представителя, должна представить сторона, требующая возмещения указанных расходов (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Из имеющихся в материалах дела доказательств следует, что Дорофеева Ю.А.с целью представления интересов ООО «НИИ педиатрии и неврологии «Дети Индиго» подготовила исковое заявление (том 1 л.д. 3-18), уточненное исковое заявление (том 3 л.д. 11-27, том 4 л.д. 65-81), ходатайство по вопросу о назначении судебной экспертизы (том 3 л.д. 110-114), ходатайство о приобщении документов (том 4 л.д. 39), ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы (том 4 л.д. 117-122), принимала участие в предварительном судебном заседании 10 февраля 2021 года, что подтверждается протоколом предварительного судебного заседания от 10 февраля 2021 года (том 1 л.д. 140-141), в судебном заседании 16 апреля 2021 года, что подтверждается протоколом судебного заседания от 16 апреля 2021 года (том 3 л.д. 90-91), в судебном заседании 01 июня 2021 года, что подтверждается протоколом судебного заседания от 01 июня 2021 года (том 3 л.д. 123-124). Проанализировав заявленные наименования услуг с позиции подтвержденности их результата и времени, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, исходя из состава заявленного по делу требования, сложности и характера спора (сложности определения фактического состава, решения правовых вопросов), то есть, всего объема проделанной юридической работы в сфере процессуальных правоотношений, суд находит обоснованной стоимость услуг, подлежащую возмещению, в размере 80 000 руб. Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика расходов по нотариальному обеспечению доказательств в размере 30 300 руб. Статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. В силу ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 (далее - Постановления № 1) лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.
В качестве доказательств действительности расходов по нотариальному обеспечению доказательств истцом в материалы дела представлены протоколы осмотра информационного ресурса в сети Интернет от 10.08.2020 (том 1 л.д. 32-33), от 20.08.2020 (том 9 л.д. 18), от 17.10.2022 (том 9 л.д. 28) свидетельствующие об уплате нотариального тарифа в общей сумме 30 300 руб. В соответствии со ст. 102 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным Советом Российской Федерации 11.02.1993 №4462- 1 по просьбе заинтересованных лиц нотариус обеспечивает доказательства, необходимые в случае возникновения дела в суде или административном органе, если имеются основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным. Истцом были понесены расходы в размере 30 300 руб. для обеспечения доказательств, находящихся на Интернет-ресурсе, который является ненадлежащим источником хранения информации, поэтому составление нотариального протокола позволило сделать данные доказательства относимыми и допустимыми. В соответствии с п. 2 Постановления № 1 перечень судебных издержек, предусмотренный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, не является исчерпывающим. В силу вышеуказанных правовых норм, требование о взыскании судебных расходов понесенных за услуги нотариуса по обеспечению доказательств подлежит удовлетворению в размере 30 300 руб. Кроме того, ответчиком заявлено о взыскании с ответчика судебных издержек по оплате проведенных судебных экспертиз в размере 50 000 руб. и 40 000 руб. В соответствии с частью 2 статьи 107 АПК РФ эксперты получают вознаграждение за работу, выполненную ими по поручению арбитражного суда, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей как работников государственных судебно-экспертных учреждений. Размер вознаграждения определяется судом по согласованию с лицами, участвующими в деле, и по соглашению с экспертами. В силу пунктов 1 и 2 статьи 109 АПК РФ денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей с депозитного счета арбитражного суда. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02 июня 2021 года в рамках настоящего дела была назначена судебная экспертиза. Судом проведение экспертизы было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Первая фирма патентных поверенных» Козиной Наталье Петровне. В целях доказательства оплаты экспертизы обществом с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки» внесены денежные средства на счет «Денежные средства учреждения во временном распоряжении» Арбитражного суда Челябинской области в размере 50 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 169 от 31.05.2021. Учитывая, что расходы по оплате судебной экспертиз, назначенной определением суда от 02 июня 2021 года, были понесены ответчиком, требование истца о возмещении судебных расходов в указанной части удовлетворению не подлежит. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18 октября 2022 года в рамках настоящего дела была назначена судебная экспертиза. Судом проведение экспертизы было поручено эксперту Союза «Южно-Уральская торгово-промышленная палата». В целях доказательства оплаты экспертизы обществом с ограниченной ответственностью «НИИ педиатрии и неврологии «Дети Индиго» внесены денежные средства на счет «Денежные средства учреждения во временном распоряжении» Арбитражного суда Челябинской области в размере 40 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 81 от 28.09.2022.
От Союза Южно-Уральская торгово-промышленная палата в Арбитражный суд Челябинской области поступило экспертное заключение и счет на оплату №89/1 от 16.01.2023 на сумму 40 000 руб. Поскольку судебный акт по результатам рассмотрения спора принят в пользу истца, суд приходит к выводу о наличии оснований для отнесения расходов в размере 40 000 руб. по оплате судебной экспертизы на ответчика. Истцом также заявлены к взысканию расходы на изготовление экспертного заключения №026-01-0215 от 31.08.2020 (том 1 л.д. 39) в размере 24 000 руб. В обоснование указанного требования заявителем в материалы дела представлены УПД №8401 от 31.08.2020 (том 1 л.д. 139), платежное поручение №18 от 13.08.2020 на сумму 24 000 руб. (том 2 л.д. 4). К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 АПК РФ). Таким образом, к судебным издержкам относятся издержки, которые непосредственно связаны с судебным разбирательством и которые были целесообразны (необходимы) для осуществления защиты прав в арбитражном суде. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце втором пункта 2 Постановления от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Таким образом, само по себе включение в состав судебных расходов, предъявленных к возмещению стороной, в пользу которой принят судебный акт, и понесенных ею в связи с формированием доказательственной базы и подготовкой документов для реализации права на возражения, не является основанием для отказа в возмещении этих расходов за счет проигравшей спор стороны, при условии, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на возражения против предъявленных требований и собранные доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Между тем, расходы по экспертному заключению №026-01-0215 от 31.08.2020 понесены исключительно по его инициативе и указанный документ не был использован в качестве доказательств по рассматриваемому делу, не получил оценку судов всех инстанций по данному делу, следовательно, оснований для возложения на ответчика расходов по оплате экспертного заключения в размере 24 000 руб., у суда не имеется. В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Согласно подп. 1 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 646 560 руб., а также при заявлении трех требований неимущественного характера, размер государственной пошлины составляет 33 931 руб. (15 931 руб. – за требования имущественного характера + 18 000 руб. за требования неимущественного характера). Истцом за рассмотрение иска платежным поручением № 63 от 08.09.2020 уплачена государственная пошлина в размере 20 000 руб. (том 2 л.д. 1). С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 000 руб., государственная пошлина в размере 13 931 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета. Истцом за рассмотрение апелляционной жалобы платежным поручением № 559 от 18.10.2021 уплачена государственная пошлина в размере 3 000 руб. (том 5 л.д. 12), за рассмотрение кассационной жалобы платежным поручением № 5683 от 29.11.2021 уплачена государственная пошлина в размере 3 000 руб. (том 7 л.д. 18). Согласно положениям абзаца 2 части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело. Отмена судом вышестоящей инстанции судебного акта суда первой инстанции, сопряженная с направлением дела на новое рассмотрение, не свидетельствует о разрешении спора в пользу одной из сторон, в связи с чем, такой судебный акт вышестоящей инстанции сам по себе не может служить основанием для распределения судебных расходов по делу. Таким образом, арбитражный суд полагает, что обстоятельством, определяющим право лица на возмещение судебных расходов, является результат нового рассмотрения дела. В силу вышеизложенного, расходы по подаче истцом апелляционной и кассационной жалоб относятся на ответчика. Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170, ст. 176, п. 4 ч. 1 ст. 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд
РЕШИЛ: Отказ от требования о взыскании судебных издержек в размере 1 000 руб. за составление договора оказания медицинских услуг принять, производство по делу в указанной части прекратить. Иск удовлетворить частично. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки», ОГРН 11774556020829, г. Магнитогорск в пользу общества с ограниченной ответственностью «НИИ Педиатрии и Неврологии «Дети Индиго», ОГРН 1137452005888, г. Челябинск компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №573133 в размере 645 560 руб., 26 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 30 300 руб. расходов на оплату услуг нотариуса, 40 000 руб. расходов по оплате услуг эксперта, а также 80 000 руб. судебных издержек. Обязать общество с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки», ОГРН 11774556020829, г. Магнитогорск прекратить использование товарного знака по свидетельству № 573133 «Дети Индиго», в фирменном наименовании ООО «Индиго Магнитки», при размещении предложений об оказании медицинских услуг в Интернете, в том числе на интернет-сайтах, при использовании в написании статей в печатных изданиях и Интернет-изданиях об оказании медицинских услуг, при заключении договоров об оказании медицинских услуг, при размещении логотипа в части оказания медицинских услуг, на вывесках, объявлениях, рекламе, бланках, счетах, путем исключения слова «Индиго», связанных с введением в гражданский оборот товаров, работ, услуг 44 класса МКТУ для регистрации знаков. Обязать общество с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки», ОГРН 11774556020829, г. Магнитогорск удалить (демонтировать) обозначения, сходные с высокой степенью схожести со словесным и графическим обозначением товарного знака по свидетельству №573133, на конструктивных элементах фасадного оформления (включая рекламные конструкции) и вывесках в местах оказания медицинских услуг по адресу деятельности г. Магнитогорск, ул. Советская,195А. Обязать общество с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки», ОГРН 11774556020829, г. Магнитогорск не позднее тридцати дней с момента вступления в законную силу решения опубликовать принятое по делу решение в полном объеме на главной странице сайта http://индигомашнитки.com/ в сети Интернет с указанием действительного правообладателя шрифтом Times New Roman, размер шрифта не менее 12 пунктов под заголовком «Опровержение» с обеспечением свободного и непрерывного доступа к его тексту в течении одного года со дня вступления решения в законную силу. В удовлетворении требований в остальной части отказать. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Индиго Магнитки», ОГРН 11774556020829, г. Магнитогорск в доход федерального бюджета 13 931 руб. государственной пошлины. Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путём подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области. Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.
Судья Л.Д. Мухлынина
Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru.